Неточные совпадения
Искоса бросив еще один взгляд на все, что было
в комнате, он почувствовал, что слово «добродетель» и «редкие свойства души» можно с успехом заменить словами «экономия» и «
порядок»; и потому, преобразивши таким образом речь, он сказал, что, наслышась об экономии его и редком управлении имениями, он почел за долг познакомиться и принести лично свое почтение.
Он вошел
в эту
комнату (четвертую по
порядку), тесную и битком набитую публикой, — народом несколько почище одетым, чем
в тех
комнатах.
Захар только отвернется куда-нибудь, Анисья смахнет пыль со столов, с диванов, откроет форточку, поправит шторы, приберет к месту кинутые посреди
комнаты сапоги, повешенные на парадных креслах панталоны, переберет все платья, даже бумаги, карандаши, ножичек, перья на столе — все положит
в порядке; взобьет измятую постель, поправит подушки — и все
в три приема; потом окинет еще беглым взглядом всю
комнату, подвинет какой-нибудь стул, задвинет полуотворенный ящик комода, стащит салфетку со стола и быстро скользнет
в кухню, заслыша скрипучие сапоги Захара.
Братец опять тем же
порядком вошли
в комнату, так же осторожно сели на стул, подобрали руки
в рукава и ждали, что скажет Илья Ильич.
Захар прежним
порядком спрыгнул с лежанки и вошел
в комнату.
Не дай Бог, когда Захар воспламенится усердием угодить барину и вздумает все убрать, вычистить, установить, живо, разом привести
в порядок! Бедам и убыткам не бывает конца: едва ли неприятельский солдат, ворвавшись
в дом, нанесет столько вреда. Начиналась ломка, паденье разных вещей, битье посуды, опрокидыванье стульев; кончалось тем, что надо было его выгнать из
комнаты, или он сам уходил с бранью и с проклятиями.
Приятелей наших встретили
в передней два рослые лакея
в ливрее; один из них тотчас побежал за дворецким. Дворецкий, толстый человек
в черном фраке, немедленно явился и направил гостей по устланной коврами лестнице
в особую
комнату, где уже стояли две кровати со всеми принадлежностями туалета.
В доме, видимо, царствовал
порядок: все было чисто, всюду пахло каким-то приличным запахом, точно
в министерских приемных.
Вскоре
порядок установился; кивот с образами, шкаф с посудою, стол, диван и кровать заняли им определенные углы
в задней
комнате;
в кухне и гостиной поместились изделия хозяина: гробы всех цветов и всякого размера, также шкафы с траурными шляпами, мантиями и факелами.
— Меня? Разве я за настроения моего поверенного ответственна? Я говорю
в твоих интересах. И — вот что, — сказала она, натягивая перчатку на пальцы левой руки, — ты возьми-ка себе Мишку, он тебе и
комнаты приберет и книги будет
в порядке держать, — не хочешь обедать с Валентином — обед подаст. Да заставил бы его и бумаги переписывать, — почерк у него — хороший. А мальчишка он — скромный, мечтатель только.
Сердито, звонким голоском Морозов посоветовал ему сначала привести себя
в порядок, постричься, помыться. Через минуту Гапон сидел на стуле среди
комнаты, а человек с лицом старика начал стричь его. Но, видимо, ножницы оказались тупыми или человек этот — неловким парикмахером, — Гапон жалобно вскрикнул...
В Париже он остановился
в том же отеле, где и Марина, заботливо привел себя
в порядок, и вот он — с досадой на себя за волнение, которое испытывал, — у двери
в ее
комнату, а за дверью отчетливо звучит знакомый, сильный голос...
Жизнь наша опять потекла прежним
порядком. Ранним утром всякий занимался чем-нибудь
в своей
комнате: кто приводил
в порядок коллекцию собранных растений, животных и минералов, кто записывал виденное и слышанное, другие читали описание Капской колонии. После тиффинга все расходились по городу и окрестностям, потом обедали, потом смотрели на «картинку» и шли спать.
Вам хочется знать, как я вдруг из своей покойной
комнаты, которую оставлял только
в случае крайней надобности и всегда с сожалением, перешел на зыбкое лоно морей, как, избалованнейший из всех вас городскою жизнию, обычною суетой дня и мирным спокойствием ночи, я вдруг,
в один день,
в один час, должен был ниспровергнуть этот
порядок и ринуться
в беспорядок жизни моряка?
На улице царили голодные псы, но и те не лаяли, а
в величайшем
порядке предавались изнеженности и распущенности нравов; густой мрак окутывал улицы и дома; и только
в одной из
комнат градоначальнической квартиры мерцал далеко за полночь зловещий свет.
Бабушка с княгиней пила кофе, Райский смотрел на
комнаты, на портреты, на мебель и на весело глядевшую
в комнаты из сада зелень; видел расчищенную дорожку, везде чистоту, чопорность,
порядок: слушал, как во всех
комнатах попеременно пробили с полдюжины столовых, стенных, бронзовых и малахитовых часов; рассматривал портрет косого князя,
в красной ленте, самой княгини, с белой розой
в волосах, с румянцем, живыми глазами, и сравнивал с оригиналом.
Все пришло
в прежний
порядок. Именины Веры, по ее желанию, прошли незаметно. Ни Марфенька, ни Викентьевы не приехали с той стороны. К ним послан был нарочный сказать, что Вера Васильевна не так здорова и не выходит из
комнаты.
Посредине дома — глухие железные ворота с калиткой всегда на цепи, у которой день и ночь дежурили огромного роста, здоровенные дворники. Снаружи дом, украшенный вывесками торговых заведений, был
в полном
порядке. Первый и второй этажи сверкали огромными окнами богато обставленных магазинов. Здесь были модная парикмахерская Орлова, фотография Овчаренко, портной Воздвиженский. Верхние два этажа с незапамятных времен были заняты меблированными
комнатами Чернышевой и Калининой, почему и назывались «Чернышами».
— Да. Великое дело — персидская ромашка. Сам я это изобрел. Сейчас их осыплешь — и
в бороду, и
в голову, и
в белье, у которых есть… Потом полчасика подержишь
в сенях, и все
в порядке: пишут, не чешутся, и
в комнате чисто…
— Какая смелость с вашей стороны, — продолжал он, — я удивляюсь вам;
в нормальном состоянии никогда человек не может решиться на такой страшный шаг. Мне предлагали две, три партии очень хорошие, но как я вздумаю, что у меня
в комнате будет распоряжаться женщина, будет все приводить по-своему
в порядок, пожалуй, будет мне запрещать курить мой табак (он курил нежинские корешки), поднимет шум, сумбур, тогда на меня находит такой страх, что я предпочитаю умереть
в одиночестве.
Какие светлые, безмятежные дни проводили мы
в маленькой квартире
в три
комнаты у Золотых ворот и
в огромном доме княгини!..
В нем была большая зала, едва меблированная, иногда нас брало такое ребячество, что мы бегали по ней, прыгали по стульям, зажигали свечи во всех канделябрах, прибитых к стене, и, осветив залу a giorno, [ярко, как днем (ит.).] читали стихи. Матвей и горничная, молодая гречанка, участвовали во всем и дурачились не меньше нас.
Порядок «не торжествовал»
в нашем доме.
Каждый раз, когда она с пестрой ватагой гостей уходила за ворота, дом точно
в землю погружался, везде становилось тихо, тревожно-скучно. Старой гусыней плавала по
комнатам бабушка, приводя всё
в порядок, дед стоял, прижавшись спиной к теплым изразцам печи, и говорил сам себе...
Наконец отошел и молебен. Процессия с образами тем же
порядком обратно направляется
в церковь.
Комнаты наполнены кадильным дымом; молящиеся расходятся бесшумно; чай и вслед за ним ужин проходят
в той специальной тишине, которая обыкновенно предшествует большому празднику, а часов с десяти огни везде потушены, и только
в господских спальнях да
в образной тускло мерцают лампады.
Манефа, напившись чайку с изюмом, — была великая постница, сахар почитала скоромным и сроду не употребляла его, — отправилась
в свою
комнату и там стала расспрашивать Евпраксию о
порядках в братнином доме: усердно ли Богу молятся, сторого ли посты соблюдают, по скольку кафизм
в день она прочитывает; каждый ли праздник службу правят, приходят ли на службу сторонние, а затем свела речь на то, что у них
в скиту большое расстройство идет из-за епископа Софрония, а другие считают новых архиереев обли́ванцами и слышать про них не хотят.
— Она вернулась, — отвечал он мне шепотом, — она
в своей
комнате и раздевается. Все
в порядке.
Если, заглянув
в комнату снаружи, он видел квартиру
в полном
порядке, то уходил разочарованный, как охотник, давший промах.
Нырнув опять
в свою
комнату, пан Уляницкий принимался приводить себя
в порядок.
Через два или три часа привезли вещи Лизы, и еще через час она перешла
в свою новую
комнату, где все было установлено
в порядке и
в печке весело потрескивали сухие еловые дрова.
Потом воротились домой и начали толковать о будущем
порядке в доме, о распределении
комнат и прочее. Пришли к тому, как убрать
комнаты. Александр предложил обратить ее уборную
в свой кабинет, так, чтоб это было подле спальни.
Адмиральша, Сусанна и майор перешли
в квартиру Миропы Дмитриевны и разместились там, как всегда это бывает
в минуты катастроф, кто куда попал: адмиральша очутилась сидящей рядом с майором на диване и только что не склонившею голову на его плечо, а Сусанне, севшей вдали от них и бывшей, разумеется, бог знает до чего расстроенною, вдруг почему-то кинулись
в глаза чистота,
порядок и даже щеголеватость убранства маленьких
комнат Миропы Дмитриевны:
в зальце, например, круглый стол, на котором она обыкновенно угощала карабинерных офицеров чаем, был покрыт чистой коломянковой салфеткой; а про гостиную и говорить нечего: не говоря о разных красивых безделушках, о швейном столике с всевозможными принадлежностями, там виднелось литографическое и разрисованное красками изображение Маврокордато [Маврокордато Александр (1791—1865) — греческий патриот, организатор восстания
в Миссолонги (1821).], греческого полководца, скачущего на коне и с рубящей наотмашь саблей.
Приведя
в порядок свою
комнату, Егор Егорыч с час обыкновенно стоял на молитве, а потом пил чай.
Через минуту мы уже были на вышке,
в маленькой
комнате, которой стены были разрисованы деревьями на манер сада. Солнце
в упор палило сюда своими лучами, но капитан и его товарищ, по-видимому, не замечали нестерпимого жара и порядком-таки урезали, о чем красноречиво свидетельствовал графин с водкой, опорожненный почти до самого дна.
Затем наместник проводил его
в назначенную келью, состоявшую из одной
комнаты, очень бедно меблированной. Объяснив ему, что за чистотой и
порядком кельи он должен наблюдать сам, так как ему прислужника дано не будет, и, пожелав мира и спасения, он вышел.
В доме он не казался вовсе беспомощным, ходил всюду очень уверенно, сам убирал свою
комнату, держал
в известном
порядке свои игрушки и вещи.
Вход
в редакцию через подъезд со двора, по шикарной лестнице,
в первый раз на меня, не видавшего редакций, кроме ютившихся по переулкам, каковы были
в других московских изданиях, произвел приятное впечатление сразу, а самая редакция — еще больше. Это была большая, светлая, с высокими окнами
комната, с рядом столов, покрытых зеленым сукном, с книжными шкафами, с уложенными
в порядке на столах газетами. Тишина полная. Разговор тихий.
Театр представляет
комнату весьма бедную; по стенам поставлено несколько стульев под красное дерево, с подушками, обтянутыми простым холстом.
В простенке, между двумя окнами, стол, на котором разбросаны бумаги. У одной стены неубранная кровать. Вообще, убранство и
порядок комнаты обнаруживают
в жильце ее отсутствие всякого стремленья к чистоте и опрятности.
И
в негодовании вышел из
комнаты. Они все очень переконфузились. Просили меня остаться и Бунину жалованья не назначили. Редактором Бунин пробыл всего, кажется, месяца два-три, и потом его сменил Телешов. Телешов покорно вел бунинскую линию. Однажды перед выходом очередного сборника Телешов вдруг поднял
в правлении вопрос,
в каком
порядке печатать на обложке имена участников сборника. Я сказал...
Савин прошел
в залу, или, скорее, гостиную,
комнату довольно больших размеров, но, несмотря на это, — она, заставленная и буковой, и мягкой мебелью, имела довольно уютный вид, и
в ней царил, видимо, тщательно соблюдаемый
порядок.
— Давно, друг мой, — сказала Настенька и, поцеловав еще раз Калиновича, села разливать чай. — Ах, какие гадкие чашки! — говорила она, тщательно обмывая с чашек грязь. — И вообще, cher ami, посмотри, как у тебя
в комнате грязно и нехорошо! При мне этого не будет: я все приведу
в порядок.
И с этим скрылась, негодуя на его дезабилье, которое Ропшин привел
в порядок живою рукой и, как легкий мяч неслышно скатился со второго этажа вниз, прошел ряд
комнат и ступил на балкон, на котором сидела закутанная
в большой черный кашемировый платок Глафира.
Меж тем
в доме волнение стало уже успокоиваться и водворялся
порядок: вскрытые и описанные тела Бодростина и Ларисы были одеты и покрыты церковными покровами; к вечеру для них из города ожидались гробы;
комната,
в которой лежал труп самоубийцы, была заперта, а
в открытой зале над телом убитого уже отслужили панихиду, и старый заштатный дьякон,
в старом же и также заштатном стихаре, читал псалтырь.
Висленев появился с лампой, и вдвоем с Гордановым стал исправлять нарушенный на столе
порядок, а Глафира Васильевна, не теряя минуты, вошла к себе
в комнату и, достав из туалетного ящика две радужные ассигнации, подала их горничной, с приказанием отправить эти деньги завтра
в Петербург, без всякого письма, по адресу, который Бодростина наскоро выписала из письма Ципри-Кипри.
Слуги у него не было, но он без всякой помощи привел свою
комнату в порядок, уставил мебель, подтер пыль и вымел пол.
Инсаров прочел записку Елены — и тотчас же стал приводить свою
комнату в порядок, попросил хозяйку унести стклянки с лекарством, снял шлафрок, надел сюртук.
Туалет ее был
в порядке, и
в уютной, со вкусом меблированной
комнате не было заметно ни малейшей следов борьбы.
Сегодня вечером решили справлять новоселье. Позвали всех своих знакомых. Передонов ходил по
комнатам и посматривал, все ли
в порядке, нет ли где чего такого, о чем могут донести. Он думал...
Через пять минут она входила вслед за Бертой
в обширную и высокую
комнату, обставленную ясеневыми шкапами, между которыми помещались полки, выкрашенные белой масляной краской, покрытые картонками всяких размеров и форм, синими, белыми, красными.
В гардеробной стоял чистый, свежий воздух и пахло слегка мускусом. У окон, справа от входа, на особых подставках развешаны были пеньюары и юбки и имелось приспособление для глажения мелких вещей. Все дышало большим
порядком.
Меблировка
комнат, довольно обширных и чистых, если не многочисленных, то совершенно достаточных для таких семейств, как семейство Похвисневых, была более чем прилична, а главное — все было
в порядке, под руками, и хозяйство, с помощью крепостных слуг, прибывших из Москвы вместе с господами, с первого же дня жизни
в домике пошло, как бы о заведенному издавна
порядку.
Петрович, видимо, ошеломленный внезапным увозом своего барина, не привел
в порядок этой
комнаты. Постель была раскрыта. На столике около нее лежала французская книга.
Ночь была месячная, и сквозь ставни, неплотно затворявшиеся, упадал
в комнату бледный луч луны. Алеша лежал с открытыми глазами и долго слушал, как
в верхнем жилье, над его головою, ходили по
комнатам и приводили
в порядок стулья и столы.
Немного погодя учитель, провожавший директора со свечою, вошел к нему
в комнату, посмотрел, все ли
в порядке, и вышел вон, замкнув дверь ключом.